«Очень хочется спать, причем в своей постели. Но я иду на станцию» «Медуза» публикует дневник киевлянки, которая укрывается от российских обстрелов в метро — после усиления атак на город туда вернулись многие жители
В первой половине 2026 года Россия стала сильнее обстреливать Украину. А с тех пор как в начале лета ВСУ участили атаки даже на отдаленные от границы области РФ — вплоть до Свердловской, Тюменской и Омской, — российская армия наносит еще больше ударов по украинским городам. Киев по-прежнему остается одной из главных целей РФ, поэтому жители города, как и в первые годы войны, снова ходят укрываться от атак в столичное метро. Вечером 24 июля Владимир Зеленский предупредил граждан Украины: в ближайшие 48 часов армия РФ может провести очередной массированный ракетный обстрел. Украинская журналистка Ирина Олегова провела в киевской подземке две ночи. «Медуза» публикует ее дневник.
Вечер 24 июля — утро 25 июля
22:17
Собираюсь в метро.
Сегодня днем РФ ударила баллистическими ракетами по выставке украинского вооружения в Киевской области, погибли 11 человек, а пострадали сто. Журналисты говорят, что жертв, скорее всего, было больше (и их точка зрения кажется более правдоподобной). Теперь возможна массированная атака — когда российская армия использует едва ли не все возможные виды дронов и ракет одновременно (про это у украинцев даже есть мем).
Часто такие атаки происходят в течение 48 часов после предупреждения. Иногда войска РФ «задерживаются» на несколько дней — возможно, чтобы потрепать нам нервы.
22:40
Тревогу пока не объявили, но я уже возле метро. На глубине 90 метров под землей сегодня ночью в любом случае будет спокойнее, чем снаружи.
Как изменилась частота и характер российских обстрелов в первой половине 2026 года?
Удары по Украине стали чаще и масштабнее. По данным ООН, за полгода в стране погибли около 1,4 тысячи мирных жителей и почти 8 тысяч получили ранения — это на треть больше, чем в тот же период прошлого года. Июнь стал самым тяжелым месяцем по числу жертв с апреля 2022-го: погибли не менее 293 человек, еще 1990 были ранены.
Помимо отдельных ударов, армия РФ регулярно проводит массированные атаки: запускает сотни беспилотников одновременно с ракетами разных типов, включая баллистические и гиперзвуковые, которые долетают до целей быстрее, в отличие от крылатых ракет, поэтому их труднее сбить с помощью ПВО.
Киев остается одной из главных целей для масштабных российских атак, характер которых стал сложнее: армия РФ часто комбинирует ракеты с беспилотниками и выпускает их несколькими волнами за ночь.
В ночь на 2 июля Россия нанесла по Киеву один из самых масштабных ударов с начала войны, выпустив почти 500 беспилотников и 74 ракеты разных видов. Следующие массированные атаки произошли очень скоро — в ночь на 6 июля и в ночь на 19 июля.
Я надела теплую и удобную одежду, взяла с собой каремат и туристический рюкзак, в нем — плед, флисовая кофта, шарф на случай сквозняка, влажные салфетки, дорожная подушка, пауэрбанк с фонариком, вода, банан, пара огурцов и кусок хлеба для перекуса.
22:48
Шумит Берестейский проспект — одна из главных киевских магистралей. После дождя воздух свежий, тепло. Рядом со станцией все еще открыт ларек с шаурмой. На лавочке у метро курят две подруги, у каждой — рюкзак, на одном из них лежит небольшая подушка.
После введения комендантского часа в самом начале войны метро работает по сокращенному графику. Все станции закрывают в разное время, эта перестает пускать пассажиров около половины одиннадцатого. Но для тех, кто приходит сюда переждать обстрелы, она открыта круглосуточно.
К метро сходятся люди: по одному, по двое, семьями и компаниями. У всех с собой пакеты, рюкзаки или сумки, карематы или матрасы. У компании из пяти взрослых человек — кошачья переноска и большой пес на поводке.
22:55
Проходить через турникеты нет необходимости: сотрудница пропускает всех через калитку, куда обычно проходят те, у кого есть льготный проездной. Один из эскалаторов работает на подъем — станцию еще покидают пассажиры. Другой остановлен, спуститься вниз можно только пешком.
Передо мной идет молодая пара. Мужчина несет большой туристический рюкзак, женщина — годовалую девочку с розовой лентой в волосах.
Эскалаторы здесь двухмаршевые, между ними — промежуточный вестибюль. После первого марша — я насчитала 85 ступеней — семья останавливается, отец достает из рюкзака палатку.
Все места на лавках и у стен в этом вестибюле заняты. Отвернулся к стене и спит, накрывшись спальным мешком, мужчина на синем надувном матрасе. Напротив него на пледе в белый горошек сидит молодая пара. Рядом — девушка на раскладном кресле и книгой в руках.
До платформы нужно преодолеть еще 310 ступенек второго эскалатора. На спуске меня обгоняет мужчина в капюшоне, у него на руках собака, похожая на пса Патрона.
Внизу, рядом с эскалатором, разбита ярко-зеленая палатка. Из-под приоткрытого полога дружелюбно выглядывает серый пес. У второго эскалатора на ярко-желтом каремате читает девушка. Места получше уже заняты.
На большой станции с колоннадой мне удается найти относительно неплохое место ближе к краю платформы — стелю каремат так, чтобы можно было хоть частично опереться на колонну и наблюдать за происходящим в зале и на противоположной платформе.
Мои соседки — девушка, свернувшаяся калачиком в туристическом кресле, и женщина с дочкой на станционной лавочке. Мать кормит девочку грудью, укутывая ее в плед. Тут же стоит детская коляска, укрытая другим пледом — с изображением Русалочки.
23:15
На станцию приходит последний поезд. Лежать на полу, прямо перед выходящими пассажирами, кажется странным, но никто не встает. Платформа переполнена. По моим подсчетам, в вестибюле между эскалаторами и на станции — человек пятьсот. На двух ее платформах — минимум 12 палаток.
Пассажиры доезжают до выхода, и эскалатор на подъем выключается.
Люди вокруг меня читают, смотрят видео или спят. Другие все еще обустраивают место для ночлега: стелят карематы, ставят палатки и раскладушки, надувают матрасы. Без необходимости по станции никто не ходит.
Гаснут основной свет и цифровые рекламные экраны, остается тусклая подсветка — как в ночном плацкарте. Но у рельсов напротив — почему-то светло. Табло как обычно показывает время, но вместо отсчета минут после последнего поезда — светящаяся точка. Из тоннелей доносится ровный гул — как будто где-то далеко едет поезд или работает трансформатор.
Метрах в пяти от меня мужчина средних лет негромко о чем-то спорит с двумя женщинами постарше. Слышатся шарканье, шепот, шуршание пакета. Кряхтит младенец.
Помимо девушки в походном кресле и матери с грудной дочкой у меня еще две соседки — киевлянка лет сорока с матерью. Интересуюсь у них, где здесь туалет. Дочь отвечает: «Не знаю, я тут впервые. Сижу в шоке».
Она рассказывает, что мама приехала к ней из другого города. Сейчас она сидит на каремате и сосредоточенно смотрит в экран смартфона. Это ее первая поездка в Киев, и она очень боится, что будет обстрел.
23:30
Привычный запах метро — креозота от пропитанных шпал, смазочных масел и озона от электрического оборудования — уже не ощущается, лишь слегка пахнет сыростью. Становится прохладнее. Станция похожа уже не на плацкарт, а на огромную общую спальню. Здесь чисто, тихо — и неожиданно уютно. Наверное, потому что вокруг много одеял и спящих людей.
Под пледом с розовыми единорогами спит девочка лет восьми в розовой маске для сна. Неподалеку — старушка в желтой кепке, натянувшая покрывало до самого носа. Она покашливает и ворочается во сне.
Света хватает, чтобы рассмотреть и рекламные плакаты на стене. Ювелирный завод предлагает кольца, медицинская лаборатория — анализы со скидкой, бренд еды быстрого приготовления анонсирует новую линейку соусов.
На станцию продолжают понемногу спускаться люди. Высокий крупный мужчина ищет себе место на платформе. У него на плече — свернутый матрац в яркий цветочек.
Я прилегла, и хотя подушка соседки упирается мне в затылок, личное пространство здесь ощущается почти неприкосновенным.
23:42
Дважды раздается громкий звонок, похожий на школьный. Что он значит — неясно.
23:46
Слева из тоннеля доносится низкий гул — будто едет массивный поезд или тяжелый грузовик. Снова звучит звонок. Гул становится таким сильным и низким, что закладывает уши. Стараюсь не вспоминать о сюжете книги «Метро 2033», которую читала в юности, и не фантазировать.
На станцию прибывает нечто похожее на трамвай с грузовым прицепом. Из него выходят пятеро мужчин в форменных оранжевых жилетах. В руке у одного — фонарь, у другого — ведро, в ведре — бутылка воды. Рабочие переходят на вторую платформу, куда за ними через несколько минут приезжает еще один похожий «трамвай».
За происходящим с интересом наблюдают мальчик лет девяти и девушка, лежащая на матрасе в центре станции. Но уже через минуту она поправляет подушку и переворачивается на другой бок.
Видимо, это были мастера по ремонту путей и тоннелей на своем спецтранспорте. Киевский метрополитен писал, что они работают только по ночам, когда можно отключить напряжение с контактного рельса. В начале полномасштабного вторжения на станциях оставляли открытые поезда — так мест для ночлега становилось больше. Сейчас этого не делают — чтобы не мешать ночным ремонтным работам.
00:00
Нужно все-таки узнать, где уборная. Оказывается, в дальнем конце платформы, рядом со входом в тоннель, есть общественный туалет. Днем туалеты закрыты, поэтому многие про них даже не знают. По пути важно не наступить на спящих людей, которые лежат ровным рядом поперек платформы, ногами к рельсам.
00:15
Вернулась, разулась, легла и смотрю в телефон. Мобильная связь ловит отлично. Телеграм-канал, который следит за передвижениями военной авиации РФ, сообщает, что враг неактивен. Значит, есть шанс, что ночь для Киева будет спокойной.
Девушка неподалеку ест что-то вроде детского пюре. Я тоже проголодалась. Огурцами хрустеть боюсь — вдруг эхо всех разбудит? Ем банан с хлебом. Мне хватает.
00:25
Продолжает кряхтеть чей-то младенец. Из тоннеля все так же звучит приглушенный гул. Может, это огромная вытяжка?..
На утолщенном каремате под теплым пледом и с дорожной подушкой под головой мне вполне комфортно. Собираюсь засыпать.
Еще одна семья ищет себе место на платформе. Пенсионер в очках, женщина средних лет и девушка-подросток решают остановиться в узеньком промежутке между моим карематом и коляской с «русалочьим» пледом. Новоприбывшие стараются не делать лишних движений и звуков.
Пенсионер устраивается читать в раскладном кресле с подставкой для ног. Девушка легла на надувной матрас и включила на ютьюбе шоу «Точка збору». Женщина усаживает рядом с собой маленькую белую собачку. Она сидит прямо перед моим лицом, смешно высунув язык, и наблюдает за происходящим на станции.
По гулкому пространству станции проходит звук мужского храпа. Мама носит туда-сюда вдоль платформы кряхтящего младенца. Вскоре он затихает.
00:59
Телеграм-каналы пишут об угрозе баллистического удара из Таганрога. Ракеты оттуда не долетают до Киева — в опасности сейчас юг страны. До нас может долететь из Брянска, Курска или Крыма.
01:23
Отмена угрозы. Засыпаю.
02:00
Просыпаюсь от холода. Хорошо, что взяла флисовую кофту. Надеваю ее и снова засыпаю.
02:27
Громко звучит «школьный» звонок, а десятки смартфонов оповещают: «Увага! Повітряна тривога». Люди шевелятся, смотрят в телефоны. Матерится мужчина. Некоторые продолжают спокойно спать.
02:57
Из десятка смартфонов раздается сигнал отмены тревоги — и опять звучит «школьный» звонок на станции. В Киеве обстрела не было.
Мяукает кошка. Удивительно, но это первый звук животного, который слышно за ночь. Засыпаю.
04:45
Меня будят два станционных звонка. Сотрудник метро громко объявляет, что станция скоро откроется на вход, и просит людей собирать вещи — прямо как в поезде за полчаса до прибытия. Поднимаются немногие, большинство спит.
05:00
На станции включается основное освещение.
05:13
Мама моей соседки, приехавшая в Киев впервые, просыпается. Интересуется у дочери: «Отбой дали?» Оказывается, еще одну ночную тревогу я пропустила. Поднимаюсь и начинаю складывать вещи в рюкзак.
05:35
Эскалатор вниз уже работает, вверх — пока нет, к нему выстроилась очередь.
Цифровые экраны в центральном зале уже включены. Там крутят рекламу жилого комплекса со слоганом: «Вмикай життя». То есть «Включай жизнь».
05:40
На станцию спускаются первые пассажиры. Запускается второй эскалатор, и те, кто ночевал в метро, едут вверх. В Киеве начинается утро.
Вечер 25 июля — утро 26 июля
21:11
Воздушная тревога в Киевской области. Телеграм-каналы сообщают о беспилотнике, летящем на Славутич — в 200 километрах от Киева. Сигнал отмены угрозы дают через 14 минут. Обычно перед массированными атаками россияне выпускают по нам много дронов. Может, сегодня ничего не будет — и можно не ночевать в метро?
22:13
Телеграм-канал, который мониторит российскую авиацию, пишет, что «есть средняя вероятность массированного удара» и «высокая вероятность баллистического». Очень хочется спать, причем в своей постели, но я иду на станцию.
Возле метро почти никого. В вестибюле перед турникетами припаркован велосипед.
На станции — вдвое меньше людей, чем вчера. Многие удобные места у стены свободны, зато возле уборной очередь, как в поезде.
Снова вижу и малышку с розовой лентой, и большого серого пса в зеленой палатке, и маму с дочкой и «русалочьим» пледом. Занимаю уже ставшее моим свое место на платформе рядом с ними.
23:20
Сигналов воздушной тревоги нет. В центральном зале станции гаснет освещение, а на платформах оно почему-то остается.
За колонной беседуют двое мужчин лет пятидесяти: один на раскладушке, второй — в туристическом кресле. Разговоры здесь слышно плохо — мешают акустика станции и постоянный фоновый гул, да никто и не кричит. Пытаюсь понять тему обсуждения по отдельным словам: «кандидат в мастера спорта», «ни фига себе», «Порошенко», «распался совок».
Один из мужчин становится эмоциональнее и повышает голос:
Когда я учился и жил в общаге… чемпионат мира по гребле, все туда приехали. И дискотека была нон-стоп. Я танцевал с барышней одной. Я — метр восемьдесят три, а она — метр девяносто пять и шире меня в плечах. Ты можешь себе представить?!
Сотрудников метро и полиции на станции видно редко. Но если не считать кратких реплик громче обычного, люди не шумят. И не мусорят.
Днем прошел дождь, поэтому в метро прохладнее, чем было вчера, сырость ощущается сильнее. Хорошо, что я надела носки потеплее. Достаю плед с дорожной подушкой и пытаюсь устроить «гнездо», чтобы сесть поудобнее. Рюкзак со вчера не разбирала — только достала огурцы, а взамен положила новый банан.
23:59
Плачет маленький ребенок — но быстро успокаивается. Яркий свет на платформе все не гаснет. Хочу спать и завязываю глаза шарфом, но уснуть не успеваю.
00:20
Множество телефонов громко оповещают о тревоге в Киеве. На станции звучит звонок.
Мужчина рядом говорит по телефону: тихо, но отчетливо сообщает собеседнику: «Четыре „баллистики“».
Я вижу аналогичные оповещения в телеграме. Друзья из пригорода пишут, что у них слышны взрывы.
На станции начинается легкое движение: люди садятся, берут телефоны, читают новости. Из чьего-то смартфона раздается уведомление о повышенной опасности и совет как можно скорее пройти в укрытие. Многие продолжают спать.
Включается эскалатор вниз, по нему на станцию спускаются новоприбывшие: после некоторых сообщений об атаке у людей есть время спуститься в метро. «Баллистика» — быстрее: от сигнала тревоги до удара проходят считанные минуты. Так и сейчас.
00:24
Телеграм-каналы оповещают об ударах по Киеву. В метро взрывов не слышно.
00:31
Сообщается о новых запусках «баллистики».
На платформе появляется трое медработников, осматриваются — все ли в порядке.
00:35
Пишут, что над Киевом поднимается дым.
00:36
На станцию все еще спускаются люди. К мужчинам, которые обсуждали танцы, подбегает молодая женщина — в пижаме, шлепанцах и с растрепанными волосами. Похоже, они знакомы.
У вас есть вода?! Дайте воды, я не успела взять с собой, не успела вовремя спуститься, дали тревогу, я побежала со своего седьмого этажа, добежала до пятого — и уже бахает, везде бахает. Соседи говорят: «Иди в подвал», — а я не могу, меня всю трясет, прибежала сюда. Просто обычная вода питьевая есть?!
Ей спокойно протягивают бутылку воды. Она садится на пол и жадно пьет.
00:41
В новостях сообщают детали атаки: был сильный удар в Святошинском районе — соседнем с тем, где находится наша станция.
Настойчиво мяукает кошка.
В центре зала появляется новая семья — с двумя детьми, лет четырех и шести.
00:52
«Снова баллистика на Киев !!! 2 ракеты» — пишет крупный телеграм-канал.
Паблики сообщают о пожарах в Шевченковском, Соломенском и Деснянском районах.
00:54
В телеграм приходит оповещение: «Цели не фиксируются». Это значит, что подтвержденной информации о новой «баллистике», к счастью, пока нет.
01:13
Отбой воздушной тревоги. Новостей о новых ударах нет.
Прогуливаюсь в сторону туалета. Дежурная бригада медработников сидит на ступенях неработающего эскалатора. Большинство людей на станции спят.
В центре зала рядом с родителями молча лежит девочка лет шести с игрушечным мишкой. Ее глаза широко открыты. В одном из проходов между колоннами пахнет корвалолом. Выключается эскалатор на спуск.
Девушка, просившая воды, сидит на полу и рассматривает гугл-карты. Один из ее знакомых храпит на раскладушке.
Решаю, что и мне пора спать. Завязываю глаза шарфом.
02:49
Из телефонов снова раздается сигнал тревоги. Приоткрываю глаза, прислушиваюсь — на станции почти нет движения. Просыпаться не хочется, снова проваливаюсь в сон.
04:45
Дважды, как и вчера, звучит объявление: скоро первый поезд, всем пора собирать вещи. Сегодня об этом просит женский голос.
Вижу, что отбой тревоги был в 03:20. Новостей о новых ударах по Киеву нет.
В ночь на 26 июля Россия атаковала Украину ракетами и беспилотниками. В Киеве пострадали три человека. Всего в этот день от российских ударов в стране погибли минимум шестеро мирных жителей.
Со вчерашнего дня знаю, что на мою платформу первый поезд приходит в 06:00. Решаю, что пока можно не просыпаться, хотя ни плед, ни кофта не спасают от утреннего холода. Сон зыбкий.
05:45
Окончательно открываю глаза, когда первый поезд приходит на противоположную платформу. Странно просыпаться на станции метро, когда вокруг уже движутся пассажиры и поезда.
Многие к этому времени собрались и ушли. Все та же кошка громко мяукает. Работают рекламные экраны: один ролик предлагает военную службу по контракту, в другом Том Холланд в костюме Человека-паука куда-то несет спасенную Зендаю.
Из тех, кто провел эту ночь на станции, остается около 20 человек. Они неспешно складывают вещи. В центре зала бегают дети. Пока отец собирает палатку, его сын смеясь пытается догнать младшую сестру — та с радостным визгом убегает. Мать просит детей вести себя тише, но они не слушаются.
В вестибюле между эскалаторами почти никого нет — только крепко спит девушка в зеленом спальнике и стоит палатка, где ночует малышка с розовой лентой и ее родители.
Поднимаюсь на улицу. Шумит Берестейский проспект.
Вечером местные паблики расскажут, что угроза массированного ракетного обстрела в ближайшие дни сохраняется, и что армия РФ уже подготовила для этого стратегическую авиацию, ракетоносители и пусковые установки «Искандер-М» и «Бастион». Они расскажут, что по Украине в любой момент могут ударить до 30 баллистических ракет «Искандер-М»; до шести гиперзвуковых ракет «Циркон»; до тысячи БПЛА; до 55 крылатых ракет Х-101 и до 24 корабельных ракет «Калибр».
А пока из метро выходят люди с рюкзаками, сумками и свернутыми карематами. Прохладно. Небо над Киевом голубое и ясное.
Начинается утро.
Ирина Олегова
Фото на обложке: Tetiana Dzhafarova / AFP / Scanpix / LETA